Sweet Home Alabama плюс бит: как протеже Эминема коммерчески успешно «поженил» рэп и кантри

0 3

27 февраля в Россию приезжает один из самых известных кантри-рэп-исполнителей — Yelawolf. Бывший протеже Эминема выступит в Москве и Санкт-Петербурге с программой своего нового альбома Ghetto Cowboy. О том, почему американский рэпер ушел из Shady Records, каково было сниматься вместе в Шайей Лабафом и Дакотой Джонсон и как развивается кантри-рэп в мире музыки, читайте в интервью Harper’s Bazaar.

Ты уже 15 лет в музыкальной индустрии. Как сильно все изменилось с тех пор, как ты начинал свою карьеру?

Если говорить о том, как изменился подход к созданию музыки, то нельзя не сказать, что артисты сейчас более осведомлены и образованы, чем раньше. В какой-то мере это заслуга и интернета, ведь он расширяет кругозор людей. В то же время в этом и есть минусы. На мой взгляд, сейчас становится все меньше артистов с оригинальным звучанием. Раньше музыка была отражением человека и его культуры: было ясно, откуда он, с каким там акцентом разговаривают, на каких инструментах играют. Взять хотя бы хип-хоп: в Нью-Йорке было одно звучание, а в Калифорнии — совсем другое. Сейчас все как-то перемешалось. Очень много рэперов из разных уголков планеты звучат совершенно одинаково.

Я думаю, что изменения в музыке неизбежны. Я сам столько экспериментировал с разными жанрами, что, если оглянуться назад, то будет непонятно, как я пришел к тому, что делаю сейчас. Я благодарен судьбе за то, что мои песни продолжают скачивать и слушать.

Раньше ты постоянно катался на скейтборде. Делаешь ли это до сих пор?

Да, я вот на прошлой неделе скейтил. Все еще делаю разные трюки и стараюсь не терять сноровки. Могу и кикфлип, и свич кикфлип показать. В этом плане я не меняюсь!

Недавно вышел твой новый альбом Ghetto Cowboy. Можешь ли ты назвать это новым этапом в своей карьере?

Конечно! Я чувствую, как поменялась атмосфера вокруг меня, и сейчас у меня полная свобода в творчестве. Я всегда выпускал треки спонтанно, и для меня было важно чувствовать легкость в создании музыки. К тому же это первая пластинка, которую начали крутить на радио. За всю карьеру мои треки не так часто ставили на радиостанциях, как сейчас. Например, песня Allie Taylor звучит в эфире многих альтернативных радио, я этому очень рад. Мои старые работы Till It’s Gone и Love Story тоже в какой-то момент получили огласку, но это было ненадолго.

Это твой первый альбом после ухода из Shady Records. Расскажи, что тебя подтолкнуло к созданию независимого лейбла Slumerican, на котором ты выпустил Ghetto Cowboy.

Slumerican всегда был мечтой для меня, и я бы не назвал это лейблом. Мне не очень нравится этот термин. Это скорее продакшен и площадка для креатива. Для меня Slumerican — второй дом, где мы делаем музыку, одежду и в целом занимаемся искусством. У меня очень маленькая команда из близких мне по духу людей.

Я хотел создать нечто подобное на протяжении последних восьми лет. Мы начинали с того, что делали татуировки, потом решили создавать футболки и в конце концов сняли помещение в Нэшвилле, где сейчас есть барбершоп и магазин винтажной одежды. Мне просто было необходимо свое место, где могу делать все, что мне нравится, под одной крышей.

Почему ты решил уйти из Shady Records?

Люди зачастую не понимают, почему тот или иной артист уходит из крупного лейбла. Я то и дело получаю вопросы о том, почему я ушел и что же там случилось. В работе с любым лейблом ты должен заключить контракт, согласно которому будешь выпускать определенное количество треков и альбомов. Я отработал этот контракт и решил, что для меня будет лучше продолжить работу в качестве независимого исполнителя. Думаю, это естественный процесс в моем развитии как артиста. То же самое произошло и с Маршаллом, когда он ушел из Interscope Records и создал Shady Records. Я просто всегда хотел сделать что-то свое, и это был вопрос времени. Работать с Эминемом было невероятно, и я всегда буду благодарен за то время. Это было весело!

Что бы ты порекомендовал начинающим музыкантам: идти в лейбл или быть независимым артистом?

Во-первых, я бы посоветовал быть терпеливым. Не выкладывайте свой самый первый трек в сеть. Подождите немного, напишите еще что-нибудь, переслушайте все, что когда-либо делали. Не спешите с этим. Во‑вторых, здесь нет какого-то правильного пути. Можно хорошо развиваться как на крупном лейбле, так и в инди. Самое главное — иметь хорошую команду. Наймите классного менеджера и начинайте двигаться в своем направлении.

Как ты видишь развитие кантри-рэпа? Каких исполнителей в этом жанре можешь отметить?

Я даже не знаю, что и ожидать, если честно. Сейчас не самое легкое время для кантри-рэпа, и пока что в этом жанре выходит много ерунды. Но чем дальше, тем лучше. Лично мне больше всех нравится Страгл Дженнингс. Он лучший в этом деле.

У многих людей кантри-рэп сейчас ассоциируется с треком Lil Nas X Old Town Road. Как ты к этому относишься?

Это очень популярная песня, и она в своем роде как Gangnam Style или Macarena. Я не знаю, насколько сильно она повлияет на развитие кантри-рэпа, но я рад, что люди теперь имеют представление о том, что это за музыка. Наверное, любой трек, который становится хитом, делает свой вклад в хип-хоп-культуру.

Теперь тебя можно не только услышать по радио, но и увидеть на большом экране. Каково это было — сниматься в фильме «Арахисовый сокол»?

Потрясающе! Это большая честь для меня — сняться в фильме вместе с такими крутыми актерами, как Дакота Джонсон и Шайя Лабаф. Я даже немного нервничал во время съемок, когда они были рядом. Что касается моего персонажа, режиссер Тайлер Нильсон прописал его, в какой-то мере основываясь на моем образе. Он слушал мою музыку и понимал, каким хотел бы увидеть Рэтбоя. Наверное, поэтому было не так сложно вжиться в роль. Мне понравился процесс съемок, и я надеюсь, что в дальнейшем снимусь еще где-нибудь.

Ты также организовываешь велопробег Devil's Pass Bike Run и выпускаешь виски Creek Water Whisky. Как ты пришел к этому?

Марафон я организовываю ежегодно со своими фанатами. В этом году мы собираемся проводить его во Флориде. Это такой трех-четырехдневный пробег, где мы, вместо того чтобы ездить в туре на автобусах, катаемся на велосипедах вместе с поклонниками.

Creek Water Whisky мне просто предложили быть их амбассадором, хотя у них тогда еще не было ни названия, ни дизайна логотипа или бутылки. Это все я разрабатывал сам — и очень доволен результатом.

27 февраля будет большой концерт в Москве. Ты уже был в России в 2015 году. Какие впечатления остались после прошлого раза?

Я очень жду нашего концерта в России. Прошлый концерт был сумасшедший. На самом деле всегда забавно выступать в странах, где не говорят на английском языке. Я каждый раз думаю: «Они вообще понимают, что я сейчас говорю?» Но в Москве все равно подпевали и знали все слова.

Помню еще, что в то же время с нами в Москве выступала группа Metallica. Мы были на Красной площади, где собралась куча народу, чтобы просто посмотреть на них. А я со своей командой прошел в отель, и все, наверное, думали, что мы с ними. Мы потом пошли к бару и устроили вечеринку с Ларсом Ульрихом. Было круто!

На разогреве московского концерта выступит Noize MC. Ты слушал его песни? Как он тебе?

Да, я поискал его песни в интернете и понял, что он просто убийца. Не могу выделить что-то одно, но мне очень понравилось, что он делает. Когда мне сказали, что он будет специальным гостем на концерте, я подумал: «Господи, это же очень известный артист в России. Скорее я должен «разогревать» его, а не он меня!»

Интервью: ТАТЕВ СИНДОЯН
Фото: ЗАУР ТЕДЕЕВ

Источник: bazaar.ru

Напишите комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.